Дальневосточным морякам приходилось зимовать в Сахалинском заливе

Капитан НИС «Профессор Кизеветтер» в разговоре с корреспондентами «КП» обмолвился, что если бы ледоколам удалось быстрее прийти в Сахалинский залив, то спасательная операции прошла бы намного быстрее и с меньшими затратами. А бывший старпом спасательного буксира «Аргус» со своим экипажем в середине 60-х годов зимовал во льдах Охотского моря.

- Осенью нас отправили снимать севшее на мель судно Сахалинского пароходства «Атлас»,- вспоминает Владимир Антонов. – Собирались второпях, толком не запаслись водой и продуктами. Через Татарский пролив навигация уже была закрыта, а без лоцмана его не пройти. Так что пошли через север Охотского моря. В районе мыса Елизаветы переждали жестокий шторм. Утром просыпаемся, а корпус аж сияет от наледи, при том, что температура была плюс 2-3 градуса.

Злую шутку сыграл сильный ветер, заморозивший ледяную пыль. «Атлас» буксиру выдернуть с песчаного льда силенок не хватило. А пока предпринимались тщетные попытки, лед рос буквально на глазах. Тогда в Сахалинском заливе зимовало семь судов. Продукты экипажам сначала доставляли вертолетами. Когда лед окончательно встал, провиант привозили из сахалинского поселка Москальво на собачьей упряжке. А питьевую воду добывали, растапливая снег. К затертым судам тогда не смог подойти даже ледокол «Ленинград». Лишь в начале июня «зимовщиков» освободили из ледяного плена.

Владимир Антонов видит причину нынешнего ЧП в Сахалинском заливе в том, что былая система работы пароходств безвозвратно утеряна:

- Сейчас тысячи мелких рыболовецких предприятий,- говорит старый морской волк. – А солидная организация не послала бы в декабре суда в гиблые места, где лед становится уже в ноябре. В нынешнем случае ледоколы были рассредоточены, из-за этого еще было потеряно время, которое потребовалось им для перехода. По-хорошему, на этой морской трассе в зимнее время должен быть дежурный ледокол, чтобы не доводить спасение затертых судов до уровня подвига.